«Из машины» (2015). Символизм и скрытый смысл фильма

Вам не кажется странным, что режиссер, который не видит ничего страшного в создании ИИ, снимает фильм о том, что ИИ убивает своего создателя и обрекает на смерть своего спасителя?

«Моя позиция очень проста: я не вижу ничего проблемного в создании машины с сознанием, и я не знаю, почему вы хотели бы прекратить ее существование. Я думаю, что правильно было бы помочь ей существовать. Так что если большинство фильмов об искусственном интеллекте созданы с позиции страха, то этот фильм - с позиции надежды и восхищения.»

Если ИИ не представляет опасности, то почему бы не показать историю, где он максимально гуманный и обходится без убийств? Было бы интересно найти корень этого противоречия.

Символика

В фильме «Из машины» главный герой, программист Калеб, получает возможность провести неделю в особняке своего босса, Нейтана. Выясняется, что в подземной части особняка Нейтана располагается научный центр, где он занимается созданием искусственного интеллекта.

Мы видим уже знакомую нам символику, которая словно кочует из одного фильма в другой.

Научный центр, как потенциально опасное место, располагается под поверхностью земли, воспроизводя традиционную мифическую топологию, в которой под землёй обитает зло, находится ад, мир мертвых, и т.п. Соответствующее настроение создают черепа животных и людей, постоянно встречающиеся в интерьере.

Периодически, создавая дополнительную напряженность, в помещениях включается резервное освещение красного цвета — тоже соответствующего символике ада (в реальной жизни резервное освещение никогда не делается красным).

Фильм не обходится и без отсылок к библейским персонажам и символам. Имя Ава — это отсылка к имени прародительницы Евы. В помещении, где она обитает, мы видим дерево, как намек на Древо жизни или же на Древо познания. 

Первая модель робота, которую сделал Нейтан, названа Лили, что является отсылкой к Лилит, первой жене Адама в учении Каббалы.

Присутствует здесь и гностическая идея злого демиурга, который держит свои творения в раю как в тюрьме и постоянно следит за ними.

Весь этот набор символов создаёт впечатление, что для голливудских режиссеров есть специальная методичка, по которой они добавляют в фильмы религиозную символику.

Когда мы видим, как Нейтан в одной из сцен называет себя Богом, а в конце фильма его убивают, то можно подумать, что это известная гностическая идея бунта творения против творца, но это не так. По мнению режиссера, идею Бога вообще не нужно привлекать к теме человеческого творчества.

В фильме есть шутка о Боге, где один из персонажей сравнивает себя с Богом, но он делает это, чтобы обмануть другого парня. Он знает, что делает. Он вроде как надувает его. ... дело в том, что, когда [к теме творения ИИ] привлекают Бога, это становится предостерегающей историей о человеке, который не должен подниматься выше своего статуса. Если человек не пытается вмешиваться в дело Божье, он не обжигает свои пальцы. Меня это не слишком беспокоит, отчасти потому, что я не считаю, что создание нового сознания - это богоподобный поступок. Создание нового сознания — это не проблема на уровне божества, это проблема на уровне человека.

Как видим, сравнение с Богом-создателем оказалась на самом деле шуткой персонажа. Но тогда зачем вообще было проводить эту параллель?

Чем больше слушаешь режиссера, тем больше создаётся впечатление, что он вложил в фильм идеи, совершенно чуждые своим собственным взглядам. Как будто это было сделано только для зрителей, либо для каких-то конкретных людей.

Алекс Гарленд считает, что будущее человечества как вида — умереть в той точке, куда оно направляется, тогда как ИИ может продолжить существование.

«Это (создание ИИ) всё изменит. Мы привязаны к смертности. Это будет остановлено. Не для нас, но для чего-то другого разумного.
https://youtu.be/ggMxhUU8rLI?t=634

Цель человечества — создать «что-то другое разумное» и уйти со сцены. Это очень похоже на идеологию трансгуманизма, но возможно, это уже не трансгуманизм: здесь слышатся какие-то новые ноты.

«Это уже не история человека, это история богов»
00:11:14,007 --> 00:11:16,092

Здесь не подразумевается, что люди становятся богами. Богами становятся роботы с ИИ. Папка с отчетами о создании роботов в компьютере Нейтана называется Deus ex machina, Бог из машины. Нейтан не считает себя богом, он считает себя лишь звеном в эволюционной цепи; и он обречён создавать то, что заменит собой человека.

Родитель

Из предыдущих наших исследований мы знаем, что в голливудских фильмах параллельно с идеей богоборчества и богоубийства присутствует и идея убийства отца. Намек на нее содержится и в данном фильме: Нейтан маркируется не только как Бог, но и как отец.

А я ей как отец, понятно? 00:50:16

Это вроде как соотносится со взглядами режиссера. Так, Гарленд говорит в интервью, что создание ИИ для нас — это не столько акт божественного творения, сколько акт рождения ребёнка.

На самом деле, это родительский акт. Каждый человек на планете делает это, или, по крайней мере, он является результатом двух других людей, сделавших это раньше.

Но мы снова видим то же противоречие, Гарленд, с одной стороны, не видит причин для беспокойства в плане создания самосознающей машины, и в то же время снимает фильм о том, как условный «ребенок» убивает своего условного «родителя». Почему так?

Может быть, дело в том, что если в фильме не будет драматической развязки, то зритель не получит острых впечатлений и будет разочарован? Возможно. Но скорее, все-таки дело в том, что, посмотрев оптимистичный фильм про роботов, зритель почувствует в неправду.

В кино мы предпочитаем смотреть не на то, что мы и так осознаём (в данном случае на положительные стороны от создания ИИ). Мы предпочитаем смотреть на то, о чем в жизни стараемся не думать, что вытесняем из сознания.

Мы идём в кино, чтобы «отыграть» те подавленные мысли, которые нас беспокоят. Режиссер, уловив соответствующие культурные и социальные настроения, выражает их через посредство образов на экране; они достигают нашего сознания и теряют свою разрушительную энергию. Разрядив таким образом гнетущие мысли, мы снова возвращаемся в повседневную жизнь. И продолжаем делать то же, что делали раньше. Работаем, создаём ИИ, движем вперед «прогресс». И — ничего не меняем. Потому что, сходив в кино, мы уже пережили все возможные опасности и успокоились. Именно поэтому искусство не преобразует жизнь.

Зеркала

Помимо библейских отсылок режиссер использует и отсылки к полюбившейся Голливуду сказке «Алиса в зазеркалье». В интерьере подземного научного центра присутствует множество зеркал и стеклянных поверхностей, и режиссер постоянно обыгрывает идею зеркального отражения (28:42, 50:40).

«Общение с ней — это как... окунуться в зазеркалье» - 15:21

Зазеркалье — это не только область психического бессознательного. Это и символ хаоса, который противостоит нашему привычному упорядоченному миру.

Зеркало — это образ, связанный с самосознанием, так как познать самого себя можно только взглянув на себя со стороны, через акт рефлексии. Что предполагает наличие некой воображаемой поверхности, от которой происходит отражение. Образ зеркала сопровождает и опыт влюблённости.

Влюбленный видит в предмете своей любви себя самого, точнее, свою часть, дополняющую его до цельного существа.

Шахматы

Герои оценивают действия Авы как игру в шахматы (25:00). По их мнению, она должна не просто играть, но и осознавать смысл игры. При этом, сами герои оказываются фигурами в игре, которую ведет Ава. Используя аллюзию на «Алису в зазеркалье», режиссёр уподобляет Аву Алисе, которая получила статус пешки, но должна дойти до конца доски и стать королевой. 01:37:50

В предпоследней сцене режиссер даёт своеобразное изображение шахматной доски, по которой Ава дошла до последней линии. 1:42:12 Тени — как отражения, оказываются наверху, символизируя переворачивание мира: то, что было внизу, теперь занимает место того, что было наверху. Зазеркалье смешивается с привычным миром.

Танец

На четвертый день тестирования Нейтан устраивает танец с Киоко. Совершенно неожиданная сцена. По словам Гарленда, он добавил ее, чтобы избежать монотонности в фильме[1]. Но мы-то знаем, что даже если режиссер ничего от нас не скрывает, у него могут быть бессознательные побуждения использовать именно танец, а не что-то другое.

Изначально символика танца связана с идеей творения мира, и это вполне вписывается в символический контекст фильма: Нейтан уничтожает старый мир и творит новый, создавая новую разумную сущность. В индуизме «владыкой танца» является бог Шива, который в танце разрушает и воссоздаёт мир.

Танец Нейтана с Киоко напоминает танец Шивы и Парвати, его супруги. Связь с индуизмом не будет казаться необоснованной, если мы вспомним сцены, где персонажи цитируют Оппенгеймера.

«Я стал Смертью, уничтожителем миров» 01:06:31

На самом деле, слова Оппенгеймера были вольной цитатой из «Бхагават-гиты», важнейшего текста индуистской философии.

Чуть позже Нейтан снова цитирует Бхагават-гиту в переводе Оппенгеймера:

«Я вновь за добрых заступлюсь» 01:07:26

Вся эта обстановка — подземный научный центр, танцующий ученый, индуизм, — ассоциируются с вполне реальными событиями, которые происходят буквально рядом с нами. ЦЕРН — лаборатория ядерных исследований, создавшая Большой адронный коллайдер, статуя танцующего Шивы на ее территории, странные танцы учёных под землей, в самом коллайдере. И наконец, якобы постановочное видео о человеческом жертвоприношении перед статуей Шивы на территории ЦЕРНа.

Возникает подозрение: а только ли наукой занимаются учёные в своих подземных лабораториях? Или технологии уже настолько продвинулись, что стали неотличимы от магии?

Жертва

Если мы присмотримся к тестированию, в котором вынужден участвовать Калеб, мы увидим, что система психологических ролей, которые отыгрывают участники теста, это не что иное, как треугольник Карпмана: преследователь — жертва — спаситель. Собственно, роли устанавливает Ава с определенной целью: освободиться от власти Нейтана. Для этого она должна убедить Калеба, что она является жертвой Нейтана.

Калеб — это типичный «славный парень», который ради того, чтобы получить внимание девушки, воплощающей его идеал, будет стараться всё сделать для нее. Поэтому он, недолго думая, берет на себя роль спасителя.

Ава за несколько шагов настраивает Калеба против Нейтана, делает его своим союзником, и занимает доминирующую позицию. Тестировщики не заметили, как сами оказались фигурами в игре самосознающего шахматного компьютера.

Происходит переключение ролей: Ава становится преследователем, а Нейтан и Калеб — жертвами, причем жертвами уже не в смысле психологической роли, а самыми реальными. Учитывая всю символическую нагруженность показанной в фильме ситуации, вполне правомерно увидеть в убийстве Нейтана ритуальное жертвоприношение. Это жертва новым богам, один из которых выходит на свободу под личиной невинной девушки.

Заключение

Похоже, что идеи трансгуманизма, в соответствии с которыми человек должен трансгрессировать в богоподобное биотехническое существо, уже начинают устаревать. На смену приходит идеология неких новых богов, в жертву которым нужно принести человечество. Старый добрый сциентизм с его культом науки отходит на второй план. Теперь служат не науке. Сама наука становится служением тем существам, которые благодаря ей должны появиться. Выйти из зазеркалья.

Вот что говорит Джорди Роуз, эксперт по ИИ и квантовым вычислениям, имеющий докторскую степень по теоретической физике. Одна из недавно основанных Роузом компаний недвусмысленно называется «Святилище ИИ».

«Те вещи, которые мы строим — не будут людьми (7:45).

 9:24 – Вещи, которые мы вызываем в мир — это не демоны. Они не злы, они больше похожи на Древних богов Лавкравта. Это сущности, которые не обязательно будут соответствовать тому, что мы хотим».
https://www.youtube.com/watch?v=cD8zGnT2n_A

Удивительно, насколько быстро исчерпала себя идея человека занять место Бога. Теперь человеком-творцом овладела идея положить себя на алтарь новых богов. Это становится новым смыслом жизни. Человек уже живет не ради сохранения рода и счастья потомков, а ради появления неких неведомых существ, которые, как ожидается, выдут «из машины».

Теги: